«Эстонизация» с последствиями

Compressed file

Искоренение русского языка затормозит образовательный процесс в республике

C 26 января в Эстонии новое правительство, но громкие заявления звучали уже накануне. Представитель Реформистской партии Лийна Керсна, которая займет пост министра образования Эстонии заявила, что в первую очередь займется разработкой плана по полному переводу образования на эстонский язык.

Телеграм-канал «Спутник – Ближнее зарубежье» приводит слова будущего министра: «Коалиционное соглашение ставит своей целью, чтобы Министерство образования первым делом начало подготовку плана действий по переходу к обучению на эстонском языке».

Мы попросили главного редактора русскоязычного портала Tribuna.ee – Родиона Денисова прокомментировать планы эстонского правительства по окончательному отказу от русского языка в образовании.

Compressed file
Родион Денисов
Фото из личного архива

— Насколько серьезны планы нового министра образования об отказе от русского языка? Это просто декларация намерений, или реальная угроза?

— Давайте для начала оценим то, что сейчас происходит в русских школах в Эстонии. До 9 класса образование полностью ведется на русском языке. С 10-го по 12-й классы больше половины предметов – 60 процентов – уже дается на эстонском. Переход на эстонский язык продолжается уже не одно десятилетие, но так и не завершился, и не известно, завершится ли он когда-нибудь.

— Почему?

— Здесь работают несколько факторов. Главный – заключается в том, что русскоязычных в Эстонии больше 30 процентов, фактически каждый третий. Естественно, у этой трети населения связи с Россией сохраняются. Хотя все тридцать лет независимости предпринимаются усилия оторвать их от России, сделать так, чтобы эти люди перестали быть русскими и стали эстонцами по языку, по менталитету. Однако эти связи сохраняются, и пока они живы – все заявления, подобные тем, что делает Лийна Керсна, скорее внешняя мишура, которая ни на что не влияет.

Второй фактор, как ни парадоксально – это эстонские родители, которые будут не в восторге от того, что дети из русских гимназий и эстонских школ будут учиться в одном классе. Представьте, что русский исчез из школ и планы нового правительства полностью реализованы. Но дети из русскоязычных семей от этого на эстонском не заговорили. Даже если несколько человек в классе не воспринимают язык, на котором говорит учитель, образовательный процесс сильно тормозится. А если таких детей полкласса? А если, как в Нарве, их 97 процентов? Я предполагаю, что даже эстонцы, если они думают о качестве образования, которое получают их дети, не скажут «спасибо» новому правительству за такие решения.

Кстати, есть еще один момент, который редко учитывается, но никто его не отменял. Русский темперамент. В свое время – где-то в конце 80-х годов прошлого века – профессор Мати Хинт, знаменитый эстонский лингвист – говорил, и приводил в пример смешанные группы в детских садах, – что, если один русский попадает в эстонский коллектив, через какое-то время весь этот коллектив начинает говорить по-русски. Происходит это именно за счет более живого русского темперамента. Десятки тысяч русских детей – это пласт, который образовательная система Эстонии просто не сможет переварить. Это не только этнические русские – так в Эстонии называют и белорусов, и украинцев… Их невозможно отправить с завтрашнего дня в эстонские школы – система образования просто встанет.

Ну и есть еще чисто техническая причина, по которой мгновенная «эстонизация» образования невозможна. В Эстонии нет такого количества учителей-эстонцев, которые готовы были бы прийти в русские школы и преподавать там на эстонском языке.

Поэтому и возникают такие политические заявления – мы, мол, разрабатываем планы, по которым это произойдет лет через десять или даже больше. Сейчас называются даты – что-то около 2037 года. Это очень долго. И разумеется, все будет зависеть от текущей политической обстановки, а за 15 лет многое может измениться. Поэтому я лично – очень сомневаюсь в том, что это в принципе возможно.

— Но ведь отказываясь от русского языка Эстония сразу теряет возможность вести бизнес восточнее Нарвы. С русским языком можно строить отношения не только с Россией, но и с Закавказьем, и со Средней Азией – от Казахстана до Туркмении… Несколько месяцев назад немецкое издание «Анти-шпигель» опубликовало большую статью о том, что, отказываясь от возможностей, которые открывает российский рынок, страны Балтии буквально «стреляют себе в ногу». Немцы это видят, а эстонские бизнесмены, выходит – нет?

— Бизнесмены, конечно, пытались оказывать давление на правительство. В особенности те, кто занимался транзитом товаров – из Европы в Россию и обратно. Но премьер-министр Андрус Ансип – который в свое время демонтировал «Бронзового солдата» – заявил, что транзит нам не нужен. После этого транзит начал быстро сокращаться. Ещё немного и с расширением порта в Усть-Луге он окончательно иссякнет...

В Эстонии вообще с начала 90-х годов политический истеблишмент считает, что «мы не мост, а форпост». Форпост НАТО, форпост «западного мира». А поскольку Эстония – маленькая страна, подрядных доходов или доходов от западных союзников хватает на то, чтобы как-то более или менее наполнять бюджет. Понятно, если были бы нормальные отношения с Россией, нормальная торговля, то страна жила значительно богаче, но этот вектор просто пресекли и сказали: «даже не думайте в эту сторону, мы не будем работать с Россией, не будем торговать». Поэтому сегодня в экономике мы имеем то, что имеем… Да и в политике, впрочем, тоже.

 

Беседовал Роман МЕЛЬНИК

 

Фото на главной: Stolitsa